Рождение и смерть Брюса Ли: «Его легенда будет жить вечно»…

27 ноября 1940 года произошло событие, на первый взгляд абсолютно не примечательное, — в семье актера китайского театра, находившегося с женой на гастролях в Сан-Франциско, родился сын, которого назвали Ли Сяо-Лунь, что в переводе означает Ли Маленький Дракон, ибо 1940 год был по китайскому календарю годом Дракона. При рождении он, как и положено у китайцев, получил еще два имени — Ли Чженфань и Брюс Ли. Родителями его были Ли-Хуэй Чун и Грейс Ли, наполови­ну китаянка, наполовину немка, так что в жилах Брюса текла не только китайская кровь.

В те дни в Гонконге, где жила семья Ли, царили довольно жестокие нравы — в каждом районе были свои молодежные группировки, кото­рые постоянно вели кровопролитные бои с конкурентами. Ли, прирожденный лидер и боец, быстро возглавил одну из таких группировок и считался искусным драчуном. Один из друзей Ли вспоминает в своей книге о нем, что однажды Брюсу предложил помериться силами вожак другой банды, причем поставил условие, что бой должен проходить на плоской крыше четырехэтажного дома, чтобы борьба в буквальном смысле шла не на жизнь, а на смерть. Ли принял вызов, хотя соперник превосходил его по физическим данным и был на несколько лет старше, и, одержав победу, великодушно даровал противнику жизнь.

shek-bruce-600x451

В 13 лет Брюс стал учеником школы южно-китайского стиля Вин Чун (другой вариант произношения — Юн Чунь), в переводе — «Прекрасная Весна». Там под руководством патриарха стиля Ип Мэна Ли сделал пер­вые шаги в кунг-фу. Он начал тренироваться с поразительным упорством и настойчивостью и уже через пару лет стал одним из первых учеников школы. Именно тогда гонконгская мафия — «Триада Чайна» — обратила внимание на молодого перспективного мастера, нуждавшаяся в хороших бойцах. Ли было сделано заманчивое предложение, которое он отклонил в весьма категоричной форме. И тогда, опасаясь за жизнь сына — а мсти­тельность мафии была хорошо известна — родители отправили его на учебу в США. Там Ли сначала поступил в техническую школу Эдисона в Сиэттле, а затем — на философский факультет университета.

Разумеется, и в США Ли продолжал постигать боевые искусства, которые стали для него образом жизни. Ли не ограничился Вин Чун и начал изучать и другие стили, благо в китайской общине Сиэттла в специалис­тах не было недостатка. Он познакомился сначала с северными стилями, в которых, в отличие от Чин Чун, большое значение придается технике ног, а затем переключился на другие единоборства — каратэ, дзюдо, джиу-джитсу, западный бокс…

Уже тогда Ли понял, что нельзя замыкаться на одном стиле и, знако­мясь с различными единоборствами, отбирал из них наиболее эффек­тивные элементы ведения боя. Ибо в боевых искусствах Брюс Ли изна­чально ставил во главу угла именно эффективность. Он встречался с представителями различных школ, стилей и направлений и заимствовал у них то, что соответствовало его концепции, и вскоре у него возникла идея создать принципиально новый стиль, включающий в себя все стили, и, соответственно, превосходящий их.

В то время на Западе о кунг-фу знали только понаслышке, и потому, когда Ли открыл секцию кунг-фу в университете — в основном с целью приработка — от желающих заниматься не было отбоя. Рассказывают, что сначала он получал за занятия всего двадцать долларов в неделю, а через несколько лет разного рода знаменитости с радостью платили ему по пятьсот долларов за одну тренировку. Среди прочих в универси­тетскую группу пришла шведка Линда Эмери, вскоре ставшая женой Ли.

x_21010a8e

В 1964 году Ли впервые публично продемонстрировал свое искус­ство — ему предложили принять участие в показательных выступлениях, проводившихся в рамках международного турнира по каратэ. Те, кому посчастливилось присутствовать на этих выступлениях, запомнили их надолго. Ли просто шокировал публику своим мастерством — обладатель черного пояса каратэ не смог отреагировать ни на один из десяти ударов, которые наносил Ли с расстояния одного шага. После этого Ли практически сразу же получил предложение сняться в роли детектива Като — мастера боевых искусств в телесериале «Зеленый шершень». У него уже был опыт работы в кино, — в детстве он вместе с отцом снялся в нескольких картинах — так что роль, пусть и эпизодичес­кая, была сыграна им превосходно. А уже после этого на него посыпались предложения по поводу съемок в боевиках.

К тому времени фильмы о каратэ уже успели порядком надоесть западному зрителю и продюсеры чувствовали, что фильмы о кунг-фу, особенно с Ли в главной роли, напрочь вытеснят их с рынка. Так оно и получилось — на экране Ли был неотразим. Он завоевывал симпатии зрителей не только атлетическим телосложением, но и феноменальным мастерством, а также тем, что во всех картинах играл роль борца с несправедливостью. Так, в фильме «Большой босс» он вступается за малазийских рабочих, угнетаемых местной бандой. В «Кулаке ярости» он борется с рэкетирами, притесняющими хозяина небольшого китайского ресторанчика в Риме. Рэкетиры, наголову разгромленные Ли, «выписывают» из США профессионального убийцу, которого играет знаменитый Чак Норрис, но, разумеется, Ли побеждает и его. В «Появлении Дракона» Ли играет роль инспектора полиции, выпускника Шаолиньского монастыря, который под видом участника турнира по боевым искусствам пробирается на остров, где свила гнездо наркомафия, и не оставляет от этого гнезда камня на камне. То же характерно и для других картин с его участием, в том числе и последнего фильма — «Игра смерти», который вышел на экраны через несколько лет после смерти Ли.

Работа в кино не мешала Ли тренироваться со все возрастающей интенсивностью. Еще в 1967 году он заявил о том, что создал новый стиль, который назвал «стилем без стиля». Ли долгое время не хотел давать своему детищу название, считая, что это загонит его в определенные рамки, но затем назвал его чженфань-фу (по своему имени), а позднее — Джит Кун До, «Путь опережающего (преграждающего) кулака». Суть этого стиля заключалась в том, что он включал в себя элементы практически всех боевых искусств, в том числе западного бокса и фехтования, но не был связан никакими рамками и канонами. Ли призывал к свободе и творчеству, простоте и естественности, отказу от догм и слепого следования классическим традициям. Брюс намеревался написать семитомный труд, детально рассказывающий о том, что представляет собой Джит Кун До, но не закончил его. Свою книгу — «Тао Джит Кун До» («тао» по-китайски означает «искусство») Ли начал писать в 1970 году, после того, как получил сильную травму и оказался на полгода прикованным к постели. За это время он успел написать несколько глав, а потом из-за вечной нехватки времени делал лишь обрывочные записи. Закончить книгу ему помешала смерть. После его кончины Джилберт Джонсон при помощи друга и ученика Ли Дэна Иносанто и вдовы Брюса Линды систематизировал все записи, и книга увидела свет.

pic55

Бытует мнение, что Брюс Ли был лишь актером и никогда не был реальным мастером. Однако это не соответствует действительности. Правда, что Ли никогда не участвовал в турнирах и чемпионатах и критически относился к поясам и данам — как писал Брюс, «пояс нужен лишь для поддержания штанов» — но тем не менее был бойцом высочайшего уровня. Это признают и такие авторитеты в области боевых искусств, как неоднократный чемпион США и мира по карате среди профессионалов Чак Норрис и отец американского тэквондо Джун Ри – с их мнением нельзя не считаться. Ученики и друзья Ли вспоминают, что его тренировки производили фантастическое впечатление – так, в его гараже висел тренировочный мешок весом 200 килограммов, который нелегко было сдвинуть с места даже опытному мастеру, а после ударов Ли мешок начинал буквально летать по гаражу. Рассказывают также, что он использовал для тренировок любую свободную минуту – в одной из книг о Брюсе описан случай, когда он в самолете беспрерывно стучал ребром ладони по твердой поверхности, а когда его попросили перестать, вежливо отказался, объяснив, что всегда должен быть в форме.

При жизни Ли был одним из популярнейших людей в мире. Плакаты с его изображением и фильмы с его участием расходились огромным тиражами, костюмы и тапочки а-ля Брюс Ли шли нарасхват.

Смерть Брюса Ли в возрасте 32 лет до сих пор вызывает пересуды и существует множество версий по поводу его смерти. Но тем не менее она была вызвана очень прозаичной, а потому кажущейся неправдоподобной причиной. В романе Герберта Уэллса «Война миров» непобедимые марсиане умирают от инфекции, которая не страшна маленькому и слабому по сравнению с ними человеку. Точно также Брюс Ли умер от заболевания, которое встречается настолько редко, что производившие вскрытие врачи были поражены.

Хотя и говорят, что незаменимых нет, кинопродюсерам так и не удалось найти человека, который заменил бы Маленького Дракона. На смену образа сурового и бескомпромиссного бойца пришел образ отчасти комедийный и несколько несерьезный.

Немногим людям удается пережить самих себя. Брюс Ли ушел из жизни слишком рано – говорят, что те, кого любят боги, умирают молодыми. Но его легенда будет жить вечно.

ЗВЕЗДА БРЮСА ЛИ НА АЛЛЕЕ ЗВЕЗД В ГОЛЛИВУДЕ:

27

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *